Перейти к основному содержанию
урф-адетлеримизни унутмайыкъ

 

ШАКИР СЕЛИМ
(РОД. 10 АПРЕЛЯ 1942 Г.)
 
Один из самых популярных современных крымскотатарских поэтов Шакир Селим родился в деревне Бююк-Асс (ныне деревни не существует) Раздольненского района. Во время депортации вместе с семьей попал в Джамбайский район Самаркандской области. Закончил филологический факультет Самаркандского университета. Начал публиковаться в 1963 году.
 
Работал Шакир Селим преподавателем, затем много лет был собственным корреспондентом газеты "Ленин байрагьы" ("Знамя Ленина") по Самаркандской области, возглавлял отдел по крымскотатарским передачам Самаркандского областного радио. В 1989 году вернулся в Крым, работал в должности заместителя редактора газеты "Достлукъ" ("Дружба"), издававшейся на крымскотатарском языке в Симферополе, с 1997 года — главный редактор журнала "Йылдыз" ("Звезда"). С 1992 года возглавляет Совет крымскотатарских писателей, объединивший около 30 членов Национального союза писателей Украины.
 
Первая поэтическая книга Шакира Селима, изданная в 1974 году, названа "Акъбардакъ" ("Подснежник"). По мнению автора, жизнь — это преодоление бесконечных препятствий, постоянное размышление о смысле жизни, это вечная борьба за существование, борьба за достижение своей цели. Стихотворение "Подснежник", давшее название книге, и сам герой этого стихотворения — пробивающийся через асфальт белый подснежник — как нельзя лучше отражают мысли и взгляды автора на жизнь.
 
Если у человека есть цель, считает поэт, и если он для достижения своей цели борется до конца, тогда только может он оставить неизгладимый след в жизни. Быть всегда в поиске, хорошо осознавать поставленную перед собой цель, иметь мужество и принципиальность — вот главные задачи лирических героев Шакира Селима.
 
Шакир Селим известен и как опытный переводчик. Его перу принадлежат прекрасные переводы на крымскотатарский язык произведений А. С. Пушкина (поэма "Кавказский пленник"), М. Ю. Лермонтова (стихотворения), Т. Шевченко (поэма "Катерина"), Адама Мицкевича ("Крымские сонеты", которые в 1997 году изданы в Польше отдельной книгой на двух языках). В Крымскотатарском драматическом театре поставлен ряд спектаклей в его переводе: "Женитьба" Н. Гоголя, "Макбет" В. Шекспира, "В лунную ночь" Мустая Карима.
Поэт удостоен ряда международных литературных премий.
 
Презентация стендовой выставки «Сени унутмагъан Ватанынъ олсун» («Родина, которая тебя не забудет») и книжной выставки «Эльвида, Шакир агъа»(«Прощай, Шакир ага») памяти видного крымскотатарского поэта Шакира Селима (1942-2008) в крымскотатарской библиотеке им. И. Гаспринского в г. Акмесджите (Симферополе) 19 января вылилась в вечер памяти, на который собрались родные, близкие поэта, его соратники по перу, люди, неравнодушные к поэзии. К слову, Шакир-ага был большим другом крымскотатарской библиотеки им. И. Гаспринского. Здесь его помнят и любят, наверное, как нигде.
Море сказанных в этот вечер теплых, искренних и скорбных слов памяти поэта с большой буквы, Шакира Селима, это всего лишь крохотная частичка тех пламенных чувств, что рождает в душах людей его поэзия.
Шакир Селим с честью пронес по земной жизни эстафету, принятую им от крымскотатарских поэтов-классиков, последним из которых был Эшреф Шемьи-заде. Кто подхватит ее и восполнит ту пустоту, образовавшуюся после ухода поэта?
В годы депортации в Ташкенте были изданы сборники поэзии Ш. Селима «Акъбардакъ» («Подснежник»), «Уянув» («Пробуждение»), «Еллерни динъле» («Внемли ветрам»), «Дугъуларым» («Чувства»), «Севги алеви» («Пламя любви»).
 
После возвращения на родину изданы сборники стихов «Тюшюндже» («Раздумье»), первый том двухтомника избранных произведений «Къырымнаме». К сожалению, поэту не суждено было увидеть второй том своих избранных произведений.
 
Ш.Селим до последних дней возглавлял журнал «Йылдыз», был мастером переводческого искусства, его переводы поэзии русских классиков и др. с полным правом можно назвать образцами для подражания. Ощутимый вклад он внес и в дело развития национального театрального искусства.
Шакир Селим жил чаяниями и надеждами своего народа, принимая самое активное и деятельное участие в культурной жизни, живо и принципиально откликаясь на события и проблемы своими публикациями и выступлениями в СМИ.
 
Все свои силы, до последнего дыхания он отдал делу сохранения, возрождения, развития национальной литературы и культуры. Шакира Селима можно с полным правом назвать человеком, чья деятельность и творчество во имя народа могут служить ярким примером для молодежи, ищущей себя в жизни.
На памятном мероприятии был продемонстрирован видеофильм о Шакире Селиме, звучали его стихотворения и песни.
В воспоминаниях соратников по перу и деятелей культуры словно оживал образ Шакира Селима, талантливого художника слова, знатока родной литературы, человека искреннего и справедливого, непревзойденного шутника, объективного и бескомпромиссного литературного критика, беззаветно любившего свою родину и свой народ.
 
Он был яркой личностью, он был поэтом-провидцем, тонко чувствовавшим предстоящее, в этом была его сила. Его любили люди.
Родные Ш. Селима — сестра Фетие и дочери Арзы, Ленияр, Лиля поблагодарили собравшихся и коллектив крымскотатарской библиотеки за вечер, который останется в их памяти.
 
Гульнара УСЕИНОВА
Шакир СЕЛИМ
 
1968 сенеси 1 майыс куню эди. Джамбайдаки (Самаркъанд виляети)  эвимизге Эшреф Шемьи-заде кельди. Оны Самаркъанддан Идрис агъа Асанин шахсий машинасынен кетирди. Эшреф агъа шу куню бизде къалмакъ истегини бильдирди.
 
Балабан-балабан козьлеринен манъа сынавчан назар иле бакъып: «А, сенсинъми?.. Мен сени башкъаджа тасавур эте эдим. Къараса, сен башкъаджа экенсинъ. Къа, корюшейик, мен Эшреф Шемьи-заде боламан», - деди. Даа бир шейлер айт­ты, лякин шимди хатырлап оламайым.
 
Майыс айында Озьбекистанда авалар къызып башлай. Шунынъ ичюн эв алдында тапчанымызда отурдыкъ. Мен шашкъанымдан не айт­магъа, не сорамагъа да бильмейим. Бекленмеден сюрип кельген бойле мусафир мени текмиль шашмалатты… Кене яхшы сеслеримизни эшиткен олса керек, эвден бабам чыкъып кельди. Селям-келямдан сонъ оларнынъ арасында лаф бирден къызды. Десене, Эшреф агъа бизим чёль тарафны, джумледен, бабамнынъ кою Буюк-Асны яхшы биле экен. «Мен  отузынджы йылларда Семен коюнде избачлыкъ япкъан эдим, сизинъ Буюк-Ас коюнъиз де о ерге пек якъын эди. Семенли Адавие адлы дюльбер бир къыз аля даа  акъылымда…» дегенинен бабам: «Ана шу Адавие дегенинъ меним якъын тувгъаным бола. Шимди Чырчыкъта яшай, джеткен учь баласы бар», - деди. Эбет, Адавие аламнен пек сыкъ къатнаша, мен даа якъынларда  онда болгъанымны айттым. Эшреф агъа бабамнынъ яшыны сорады (бабам 1898 сенесининъ баласы эди). «Э, сиз менден  баягъы уйкен экенсиз, Селим акъам, олла яш корюнесиз, бир корьгенде мен сизге бо къадар яш бермез эдим», - деп ташлады. Олар лаф этелер, мен динълейим. Эшреф агъа  мен адларыны бабамдан эшитмедже бильген  койлернинъ адларыны бирер-бирер айта: Кучюк-Ас, Къулсеит, Найман, Къаранайман, Баясит, Семен ве иляхре. Эписини биле, о заманда анда яшагъан адамларнынъ да адларыны хатырлай. Бабам ара-сырада: «Олян, машалла Эшреф, эписи акъылынъда къалгъан, мен оларнынъ кобисин унуткъанман, машалла», - дей.
 
Меним анам Шахзаде, аслы баяситли, сюргюнлик йылларында пек эрте ольди. Мен о заман едини толдурып секизге адым аткъан эдим. Рахметли анамнынъ хаста олып тёшекте яткъаныны пек яхшы хатырлайым. Учь йыл къадар верем хасталыгъынен чекишти. Бизим къорантамыз тюшкен  озьбек къышлагъы шу хасталыкънынъ мекяны эди.
 
Таталарымдан энъ уйкени Шевкъие татамнынъ айткъа­нына коре, шу къышлакъта эр кес, ичинде къурт вызыр-вызыр къайнагъан хавуздан сув алып иче ве аш пишире экен. Озьбек  къорантасынынъ эр биринде бирер-экишер киши  верем хасталыгъына огърай, шундан да олип кете экен. Рахметли анам да шу хасталыкънынъ къурбаны олды.
 
Бабам 20 йыл эвленмеди. Къышлакътан Джамбай районынынъ меркезине кочип кельдик. Мен озьбек мектебинде окъуп башлагъан эдим, район меркезинде де орта озьбек мектебини  битирдим. Беш татам, эки агъам эвлендилер. Биз бабамнен экимиз къалдыкъ.
 
Мен Самаркъанддаки оджа­лар техникумына кирдим. Биринджи курста эдим. Бир «выходной»да эвге кельсем, бир къадын отура. Янында  4-5 яшлы огълан баласы да бар. «Огълум, мына мен эвленмеге медж­бур олдым. Эндиден сонъ бу аналыгъынъ, бу да къардашынъ оладжакъ», деди бабам. Бу меним ичюн башыма келип тюшкен ильки дарбе киби олды.
 
Кейфим бус-бутюн бозулды. Бабамнынъ эвленеджегини, эвленгенде де балалы къадын аладжагъыны ич акъы­лыма кетирмей эдим. Бирден озюмни бу эвнинъ арткъач кишиси киби ис эттим. Бираз отурдым да, кимсеге дуйдурмай яваш эвден чыкъып кеттим. Техникум ятакъханесине кельдим. Кимсе ёкъ. Эр кес эвине кеткен. Кроватыма юзю­къоюн йыкъылдым да,  хорлугъым келип  агъламагъа башладым. Артыкъ дюньяда бир озюм эдим. Адж­джы козьяшларым арасында анамнынъ сымасы пейда олды. О заманда 17 яшымда эдим. Учь афтамы, дёрт афтамы эвге бармадым, 16 рубле стипендия бере эдилер. Шунъа яшап окъуп юрдим. Куньлерден бир кунь ятакъханемизге Абкерим дайым кельди. Мени яхшы этип сёгди. «Сен энди бала тувылсынъ, анъламакъ керексинъ. Бабанъ къыйналып къалды. Акъай кишиге бир озю яшамакъ къыйын, ашын-сувын  азырламагъа, устю-башыны къарамагъа къадын киши керек. Шай да, балаларым, деп 15-16 джыл эвленмеди. Сен де окъумагъа кеттинъ, бир озю чомпайып къалды. Уйге келип кет, бабанъ ве аналыгъынъ беклейлер сени. О пек арув къадын. Мерхаметли. Мына озюнъ корерсинъ», - деди. Акъикъатен де, Эмшире адлы стилялы бу къадын пек мерхаметли, темиз, эвджимен, ырызлы бир къадын экен. Йыллар кечип мен онъа, о да манъа пек алыштыкъ. Сервер адлы огълу догъмуш къардашым киби олып къалды. (Бабасы хасталыкътан вефат эткен).
 
Иште, бу къадар чекинювимнинъ себеби шу ки, экинджи анам киби олып къалгъан Эмшире анам минген хамырдан чиберек, тава локъум, къабакъ ашлары пиширмеге пек чебер эди. Эшреф агъанынъ бизде къонып къаладжагъыны анълагъан сонъ, къасаптан ич олмадым ярым кило къыйма  кетирмемни риджа этти. О заманда эвимизде буздолап ёкъ. Эвде эт сакъланмай. Мусафир кельдими, аман къасапкъа  чапа эдик. «Минген хамырым бар, мусафирге  чиберек пиширирмиз», - деди. Мен Асан къасапнынъ тюкянына чаптым. Къайткъанда  бир шише ракъы да алдым… Бойле мусафирни ракъысыз сыйламакъ олурмы?
 
Эшреф агъанен бабам эп лаф этелер. Къаве, чай ичильди. Емек де азыр олды. Тапчанда алчакъ маса устюне  Эмшире анай сы­джакъ-сыджакъ чибереклер кетирип къойды. Стилялыларгъа хас шивенен «Бегень де буюрунъыз, мен  а шим чай кетирсем ке», - деди. Мени  башкъа къасевет бас­ты. Ракъыны не япмалы? Бабам диндар адам. Ичкиликке къатиен къаршы киши. Биз учь агъа-къардаш бабамнынъ янында ракъы  я да сигара ичкенимизни хатырлап оламайым. Меним орьсенлегенимни Эшреф агъа дуя, кулюмсирей. «Анай, бизге емекни меним одама къойсанъыз яхшы олур эди, Эшреф агъамнен лаф эте-лаф эте, ашар эдик», - дедим шашмалап. «Зарары ёкъ, мында берабер ашайберинъиз, берабер лаф этип ашармыз», - деди бабам. Эшреф агъа къолуны чайкъамакъ ичюн еринден турды. Мен онынъ къолуна къуманден сув къояр экеним: «Сен чокъ орьсенлеме, мен ичкен адам тувылман», - деди эр шейден хабери бар кишидай. Утангъанымдан эки янагъым атеш киби олды…
 
Бу вакъианы хатырласам,  аля бугунь  теджрибесизлигиме ве токъаллыгъыма куледжегим келе. О заманларда мусульман олсун, кяфир олсун, ракъысыз зияфет олмаз эди. Иште, мен де буюк шаиримизнинъ джаныны агъыртмагъа истемедим…
 
Гедже меним кичкене одачыгъымда яттыкъ. Эшреф агъа кровать устюнде, мен - полда.
 
О лаф эте, мен динъле­йим. Эп эдебият акъкъында. Эп шиириет акъкъында лаф эте. «Сиз, яшларда, тиль фукъарелиги бар. Коп окъумакъ керексиз. Бедиий эдебиятнынъ, хусусан шиириетнинъ темели тильдир. Эр бир сёзни ерли-еринде къулланмагъа бильмек керек.
 
Э-э… сиз къайдан биле­джексиз? Бекир Чобан-задени, Амди Герайбайны, Мемет Нузетни, Шевкъий Бекторени окъумай-огренмей тилинъизни билип олмазсыз. Оларнынъ  энъ яхшы шейлеринден сизинъ даа хаберинъиз ёкъ. Шаирлер биз тувул, акъикъий шаирлер олар. Коремен, Шерьян болсын, Мамбет Аблялим болсын, Иса болсын, сен бол - тырышасыз, лякин тилинъиз, мевзуларынъыз пек фукъаре. Якъында бала шаири Эшреф Ибраимни корьдим, эвине бардым. Пек къуванды, та Къырымда болгъанда бабасы меним шиирлеримни бегенип, онынъ адыны Эшреф, деп къойгъан. Джаны агъырса да, мен огъа бираз тийсетип айттым. Балалар ичюн язгъан бир шииринде памукъны макътай да, бары­нъыз, баллар, берекет ерде къалмасын, тез-тез джыйып алынъыз, дей. «Алла-Алла Эшреф, дедим, сен бу гъарип балларнынъ памукъ ызанларында не къадар чекишкенлерини, къоллары чатлагъаныны бильмейсинъми? Шиирге бондай мевзу алынырмы?», - дедим.
 
Мен о вакъытта  янъы орду хызметинден къайт­къан, мектепте дерс бере эдим. Эшреф агъа менден шу геджеси «Рус классиклеринден кимлерни окъудынъ, кимлерни билесинъ?», - деп сорады.
 
Мен адамакъыллы бир джевап берип оламадым. Сонъра иляве этти: «Сен филологсынъ, Белинскийни окъу. Копек олса да, эдебият акъкъында пек гузель шейлер язгъан. Не къадар буюк олсалар да, оларнынъ шовинистик дюньябакъышлары къалмай». «Ничюн копек дейсинъиз?», -  деп сорадым. «Бизим халкъымыз акъкъында ярамай сёзлер язгъан», - деп ташлады Эшреф агъа, лякин не язгъаныны айтмады.  Арадан баягъы йыллар кечкен сонъ о чиркин лафларны мен озюм таптым. Буюк шаиримиз рус эдебиятыны пек севе, шунынъ ичюн де, бельки, меним яш къальбимде оларгъа къаршы нефрет догъурмамакъ ичюн айтмагъандыр. Мен де шимди  бизим шанымызгъа токъунгъан о сёзлерни язмагъа истемейим…
 
Сабалыкъ къаве ичкенимизден сонъ Эшреф агъа ёлгъа - Ташкентке азырланды. Мусафиримизни район меркезинден 2-3 километр месафедеки Ташкент ёлуна  озгъармакъ керек эдим. Къомшумыз гъаврлы Аппаз агъанынъ, капоты эки тарафкъа къанат киби ачылгъан эски «Москвич»и бар эди. Онъа риджа эттим. Эшреф агъаны энъ шерефли мусафир киби шу машинада озгъардыкъ. Буюк шаиримиз къаршысында бе­джерген энъ буюк ишим шу олды.
 
Эшреф Шемьи-заде акъкъында мийиме синъип къалгъан  айдын хатыраларымдан даа бириси, бу - онынъ тыш корюниши эди. Устюндеки къара костюми, беяз кольмегине ве костюмине уйгъун галстугы, бем-беяз гурь сачлары - эписи о къадар еринде эдилер ки, корьген киши онынъ акъыллы ве интеллигент олгъаныны бирден билир эди. Бир сёзнен айткъанда онынъ акъи­къий шаир корюниши ве къыяфети бар эди. Бу тарафтан да онъа такълид этмеге ляйыкъ бир инсан эди. Мен базыда перишан, чалпан-чарыкъ юмарлангъан урбалы  эдиплерни корьсем, бутюн буларнынъ акси олгъан Эшреф агъаны козь огюме кетирем. «Инсанда эр шей гузель олмакъ керек»,- дей рус классиги. Мен беллесем, шаир киши де алельхусус ойле олмакъ керек.
 
Бундан сонъ Эшреф агъа­нен, Ташкентке барсам, эр сефер корюше эдим.
Источник
http://medeniye.org/forum/index.php/topic,614.0.html