Перейти к основному содержанию
урф-адетлеримизни унутмайыкъ

 

Абдурефи Эсадулла первый просветитель
крымских татар в период после российской аннексии.
 
Амет Озенбашлы, в статье, напечатанной в 1925-м году в журнале «Окъув ишлери», пишет, что, несмотря на то, что учебные пособия Абдурамана Къырым Хавадже  и Абдурефи Боданинского возродили  прервавшуюся после российской аннексии книгоиздательскую традицию, для решения задач организации и воспитания угнетенных народных масс нужны были индивидуальные усилия образованных личностей, идущих в эти массы. 
Эти усилия стали основой деятельности Абдурефи Эсадулла-огълы, принявшего фамилию Баданинский (1810 – 1881 гг.) по названию родового поместья Бадана (впоследствии фамилия преобразовалась в Боданинский). К счастью, об этом национальном деятеле мы знаем несколько больше, чем о Къырым Хавадже.  
 
В аннексированном Россией Крыму порабощенный и униженный народ терял не только свою независимость и свои земли, но и свою культуру, развитие которой было искусственно прервано проводимыми властями изъятиями книг и рукописей, прекращением поступления печатных изданий из других мусульманских стран. «Изъятие книг из обращения среди татар  служило любимым занятием администрации. Это составляло исконную задачу русского управления» - писал Арслан Найман-мурза Олешкевич-Кричинский  («К истории борьбы с просвещением и культурой крымских татар». Баку, 1920 г.).
Крестьяне и ремесленники, спасая от разрушения свои семьи, свой национальный быт тысячами эмигрировали. Нарождающаяся интеллигенция старалась удержать население от эмиграции, но многие годы не могла противопоставить ничего эффективного против нарастающего давления царской администрации. Необходима была мобилизация всего народа для коллективной защиты от гнёта царских законов, от русских помещиков, от служащих русскому царю мурзаков.  
Надо было искать новые пути борьбы за свой народ, надо было вооружить население против творимых оккупантами беззаконий и обмана.
Личность Абдурефи Боданинского знаменует начало этапа трудного возрождения народа, уже много десятилетий изнывающего под политическими, экономическими и культурными репрессиями оккупантов. 
Абдурефи-оджа осознавал громадность взятой им на себя задачи. Для работы с населением он привлекал самых способных из молодых своих учеников, определяя им методику и программу занятий. При поддержке прогрессивных мулл удавалось расширять программу традиционных национальных учебных заведений. «Bu sah?slar, medreselerde dini egitimin yan?s?ra, diger derslerin de okutulmas? icin gayret gostermislerdir», - заявляет Zuhal Yuksel («Эти личности в дополнение к религиозному образованию в медресе прилагали усилия для внедрения в программу и других дисциплин»).  
«Абдурефи Эсадулла был первым просветителем среди крымских татар», - пишет  Д. Урсу («Очерки истории культуры крымскотатарского народа (1921 – 1941)». Симферополь, Крымучпедгиз, 1999 г.).
Просвещение выше образования, дающего знание. Просвещение не только дает сумму знаний, оно формирует тягу к знанию. Просветители имели цель рационализировать взгляды, нацеливать людей на изменения в общественных отношениях.
В результате просветительской деятельности подвижников начавшегося национального движения крымские татары в массе своей переставали верить мурзам и пошедшим в услужение царизму муллам, стали ясно представлять себе истинные намерения санкт-петербуржских властей, научились объединять свои силы и не поддаваться провокациям.
 Начиналась спонтанная мобилизация национальных сил среди трудящихся  слоев населения. Слабая пока что крымскотатарская светская интеллигенция начинает возглавлять национально-освободительное движение, придавая ему политический характер.
 
Дед первого нашего просветителя Али-мурза происходил из кыпчаков, предок его был награжден одним из Гераев дворянским достоинством и земельным наделом. Надел  находился недалеко от Акъмесджита  вблизи земель калга-султана. Род был состоятельный, и его представители не только служили в ханской гвардии, но и обязаны были выставлять во время ханских походов отряд экипированных конников. В семье до последнего времени сохраняется утверждение:  «Бизлер тек Герайларгъа  таби ола эдик, башкъа бейлерге  бойсунмай эдик» («Мы повиновались только Гераям, другие беи нам не могли указывать»).  
Сын Али-мурзы Эсадулла отказался присягать российскому царю, и был вынужден покинуть Крым. По семейному преданию  «Эсадулла-къартдеде бутун адамларындан ве бинълерден  мал-койларындан бизим койни ташлап Къырымдан Азов боюна чыкъп кетмеге меджбур ола»,  то есть «прадедушка Эсадулла вместе со своими людьми и с тысячами голов скота был вынужден покинуть нашу деревню и уйти из Крыма на побережье Азова».
Там на правом берегу реки Бююк Берды (в районе нынешнего Бердянска) обосновался Эсадулла-мурза.
Из детей Эсадулла-мурзы кроме Абдурефи, родившегося в 1810 году в Бердянске, мы знаем по имени только младшего Амета. 
Известно, что Абдурефи по согласию с отцом отказался оставаться на хозяйстве и решил получить образование и заняться преподавательской деятельностью.  После успешного окончание в 1836-м году в Ногайске учительской гимназии Абдурефи остается в той же гимназии уже в качестве преподавателя. Однако спустя несколько лет администрация гимназии пишет жалобу Таврическому губернатору на молодого активного учителя, «в своей преподавательской деятельности выходящего за границы утвержденной программы», и жалоба это доходит до Санкт-Петербурга («Кырымтатар эдебиятынынъ тарихы», стр.176). Начиная с 1843 года, Абдурефи-оджа преподает русский и крымскотатарский языки и литературу в школах Новороссийска (не удивляйтесь, эти земли были населены крымскими татарами!), Алушты, Бахчисарая, Симферополя. Он, действительно, выходит за границы утвержденной программы, распространяет сферу своей просветительской деятельности за пределы школ. 
Приведенное российской тиранией в «совершенное изнурение и полунебытие» (как торжественно докладывал Екатерине II князь Прозоровский) население Крыма  необходимо было в целях защиты своих прав научить разбираться в происходящем, для чего обязательным стало знание языка новых чиновников. Этим занимался Абдурефи-оджа, владевший в высокой степени русским языком и методикой преподавания, и этими знаниями он наделил своих молодых соратников.
 14 февраля 1827 года было открыто татарское отделение при Симферопольской гимназии по подготовке преподавателей для татарских школ. Абдурефи Боданинский преподавал в этой гимназии с 1864 года и с того же года заведовал татарским отделением. Абдурефи-оджа был учителем великого реформатора и просветителя тюрко-мусульманского мира, основателя пантюркизма  Исмаила Гаспринского.
Абдурефи Боданинский, проводивший свою преподавательскую работу во многих городах бывшего Ханства, в 1873 году с большим трудом, преодолевая сопротивление властей, издал в Одессе «Русско-татарский букварь», причем необычайно большим тиражом в две тысячи экземпляров!
Необходимо указать на распространенную ошибку относительно рода Боданинских. Первая ошибка – якобы приехавший в Крым из Бердянска Абдурефи-оджа поселился в селении Бадана и взял фамилию по месту случайного своего поселения.  Конечно, так не бывает! Представьте себе, что приехавший из Узбекистана уроженец Озенбаша поселился в Каменке под Симферополем и взял фамилию «Каменковский». Нет уж, озенбашские с гордостью носят или фамилию или псевдоним «Озенбашлы»!
Во-вторых, как проживающий в селе Бадана Абдурефи-оджа каждый день добирался до Симферопольской гимназии? На «шестерке» или на «лексусе»?
По сведением, полученным от Анифе Боданинской и подтвержденным сегодня Саиде Боданинской, семья Абдурефи-оджа жила в Акмесджите на улице Турецкой, пересекающей Кантарную. Там родились и Али (в 1865-м году), и Усеин (в 1877-м году), а фамилию «Баданинский» Абдурефи-оджа взял от названия принадлежащего его роду селения Бадана, в котором он сам не проживал. 
Добавлю еще небольшую информацию об Исмаиле Лёманове, который до того, как вынужден был покинуть Крым, проживал в большом дворе также на улице Турецкой. Исмаила Лёманова в нашей семье называют «Исмаил-эмдже». Его дед был братом Эсадулла-мурзы, то есть он был двоюродным племянником Абдурефи. 
 
Абдурефи-эфенди  женился на Эмине-шерфе. В семье родилось пятеро детей – Тевиде, Али, Абдулла, Алиме, Усеин. 
Абдулла умер в возрасте 27 лет. 
Старшую дочь Тевиде выдали за очень хорошего и состоятельного человека по имени Исмаил. 
После смерти Абдурефи-оджа в апреле 1881-го года его жена Эмине вышла замуж за богатого человека, доброго, но малообразованного и придерживающего консервативных взглядов. Он хотел отдать Усеина в муллы. Поэтому в новой семье с матерью осталась дочь Алиме, а сыновья Али и Усеин стали жить в Акмесджите в семье Тевиде, которая была старше Али на три года. У Тевиде-ала и ее мужа Исмаила-энъште не было своих детей. В этой маленькой семье царили доброта и воспитанность.
Жизнь и деятельность сыновей Абдурефи Боданинского хорошо известна. Старший сын Али со временем стал ближайшим сотрудником Исмаила Гаспринского. В феврале 1917-го года Али Боданинский  стал председателем созданного по его инициативе Мусульманского революционного комитета, который организовал Первый Всекрымский мусульманский съезд, явившийся предшественником Мусульманского исполкома и Курултая. 
Младший сын Абдурефи Боданинского Усеин рос под духовным патронажем старшего брата, который передавал ему прогрессивные взгляды их отца. Об Усеине Боданинском, крупном ученом и художнике, издано много работ.
Когда Тевиде-ала овдовела, она до самой своей кончины в 1927-м году жила под присмотром Усеина в Хансарае, в домике рядом с директорским зданием. 
 
В этой статье кратко изложена жизнь и деятельность Абдурефи Эсадулла Боданинского, первого просветителя крымскотатарской нации в послеханский период. Потомок отцов, которые с саблей в руках решали судьбы Восточной Европы, Абдурефи-оджа вооружен был только словом и калямом.  
Но наступает этап, когда просветительство должно сопровождаться политической и даже боевой деятельностью.
Историк В. Возгрин пишет, что на смену Абдурефи, филологу и представителю "чистого" просвещения, пришли его сыновья, для которых политическая деятельность становилась образом жизни.
Да, у Абдурефи-оджа были достойные сыновья: прогрессивный общественный деятель Али Боданинский, один из организаторов и руководителей крымскотатарской национально-демократической революции 1917 года, и Усеин Боданинский, тоже активный участник крымскотатарской революции, известный ученый, создатель и многолетний директор музея  «Хан-Сарай».
 
Aйдын Шемьи-заде

Категория

Источник
http://medeniye.org/forum/index.php/topic,860.0.html